Народное Движение Узбекистана

Ни воины света, ни воины добра. Как талибы выстраивают собственное государство в Афганистане

Ни воины света, ни воины добра. Как талибы выстраивают собственное государство в Афганистане
06 Temmuz 2018 - 11:00 - Просмотрено 326 раз.

(Фото: Боевики «Талибана». Кадр телеканала CNN)

Движение «Талибан» выпустило заявление, в котором призывает считать их не «группировкой мятежников», а государственным образованием. Мотивируют они свой призыв тем, что смогли создать полноценную государственную систему на «70% территории Афганистана», которую они, по утверждению самих боевиков, контролируют. Интересно то, что, доказывая государственную суть своих институтов, талибы ссылаются на исследования западного ученого Эшли Джексона (Ashley Jakson). Джексон на средства британского Overseas Development Institute и датского посольства в Кабуле выяснял, как живется людям под властью «Эмирата Афганистан» (так талибы официально именуют свою организацию). Доклад Джексона был выпущен в конце июня. Он оказался почти не замечен крупными западными медиа. Видимо, потому что действительно дает понять, что талибы функционируют даже не хуже, а порой эффективнее, чем официальная афганская власть. То есть разрушает привычный образ «отмороженных убийц», которые способны только на атаки против «сил добра и света».

Общая информация

В рамках исследования Джексон проинтервьюировал 162 респондента, которых можно разделить на три группы: рядовые бойцы «Талибана», командиры разного уровня, бывшие талибы; представители официальной власти, служащие бюджетных организаций (включая учителей, врачей), сотрудники гуманитарных организаций; гражданские лица, жившие или ныне живущие на территориях, подконтрольных «Талибану». Исследование стартовало в июле 2017 года, оно охватило 20 уездов в 7 провинциях. Особое внимание уделялось уездам Чахр (Charkh) в провинции Логар на востоке Афганистана, Над Али (Nad Ali) в южной провинции Гильменд и Чардара (Chardara) в провинции Кундуз на севере страны.

В исследовании отмечается, что на территории «Эмирата Афганистан» работают международные гуманитарные организации по согласованию с боевиками. Институты гражданской власти, учрежденные правительством, также работают по согласованию с движением. Местами между правительственными гражданскими органами и боевиками заключены официальные соглашения о гибридном функционировании власти. Талибы следят за функционированием больниц, проверяют, выходит ли персонал на работу, получают ли медработники зарплату, проводят инвентаризацию складов и оборудования. Также оказывают давление на гуманитарные организации, принуждая их расширять объем предоставляемой медицинской помощи в районах, где население ведет глубоко патриархальный образ жизни, и совершенствовать качество предоставляемых услуг. Отметим, что это имеет чрезвычайно серьезное значение в условиях Афганистана, где государство выделяет на медицинское обслуживание одного человека около $5 в год. Именно помощь гуманитарных организаций в итоге имеет решающее значение. «Талибан» занимается сферой ЖКХ и телекоммуникациями. По меньшей мере, в восьми из 34 провинций страны талибы регулируют функционирование мобильной связи. В ряде регионов они создают собственные средства массовой информации. Так, в центральной провинции Газни вещала радиостанция «Голос Шариата», пока ее не разбомбила то ли афганская, то ли американская авиация.


Телекоммуникационная вышка в горах Афганистана. Фото с сайта Ieee.org

В школах, которые подчиняются государственному департаменту образования, талибы цензурируют образовательную программу. А в случае необходимости принимают меры по закрытию «неправильных» школ.

Талибы установили свою систему налогообложения, основанную на принципах исламской (или халяльной) экономики. Движение взимает, например, налог закят – данный налог называют одним из столпов ислама, он выплачивается ежегодно с различного вида доходов и движимого и недвижимого имущества всеми самостоятельными, свободными, дееспособными и взрослыми мусульманами в пользу нуждающихся единоверцев. Причем, подход талибов к контролю за населением таков, что им не нужно физически занимать какую-то территорию, чтобы регулировать жизнь местных жителей. Они могут, что называется, оказывать активное влияние на конкретный район. Поэтому даже западные медиа признают, что фактически «Талибан» открыто действует на 70% территории Афганистана.

Заполнили вакуум власти

В интервью Эшли Джексону талибы признавались, что их первые подпольные институты власти стали формироваться в 2002-2003 годах. То есть спустя год-полтора после свержения власти талибов международной коалицией во главе с США и отрядами Северного альянса. Причина была проста. Новые хозяева страны не смогли оперативно создать необходимые органы управления. В то же время талибы владели большей частью Афганистана с 1996 года. Собственно, они за это время подстроили под себя ежедневные потребности местных жителей – либо подстроились под них сами (а в наиболее труднодоступных горных или пустынных районах надо подстраиваться). Талибы по просьбе местных жителей стали появляться в отдельных районах Афганистана (близ границ с Пакистаном), чтобы учреждать органы власти. До того боевики в формате «правительства в изгнании» обитали на территории Пакистана, где активно действуют исламские радикалы. К 2006 году комитеты власти, сформированные талибами на местах, стали действовать достаточно уверенно.


Старейшины одной из афганских деревень. Фото с сайта Brookings.edu

Примечательно, что данные, собранные Джексоном, совпадают с пессимистичными данными доклада Джона Сопко, Специального генерального инспектора США по восстановлению Афганистана (SIGAR). Сопко описывает, как Афганистан погружался в новый виток военного противостояния между иностранными военными, новым правительством страны и набирающими силу талибами с 2002 по 2017 годы. Он отмечает, что США и их союзники слишком увлеклись спецоперациям в самых труднодоступных районах страны, чтобы окончательно добить «Талибан», вместо того, чтобы формировать органы власти и безопасности в уже освобожденных и спокойных районах. В итоге вакуум власти занимали те же ребята, которые пару лет назад бежали в горы на границе с Пакистаном. К 2008 году талибы уже имели значительное влияние в южных и восточных провинциях, американские войска и их союзники вели изнурительные постоянные операции против боевиков. Местное население все больше симпатизировало разбитым в 2001 году талибам.

Некоторые «задержки» в росте влияния «Эмирата Афганистан» случились в 2009-2010 годах, когда по инициативе тогдашнего президента США Барака Обамы контингент США в Афганистане был значительно увеличен. По словам талибов, опрошенных Джексоном, американцам удалось тогда нанести значительный урон боевикам и уничтожить большое число их командиров среднего и высшего звена. Однако уже к 2012 году ситуация для талибов «стабилизировалась». Дело в том, что экстренным наращиванием войск Обама пытался быстро решить проблему антиправительственного сопротивления в Афганистане, чтобы вывести армию США из этой страны к 2014 году. Вывод военных из Афганистана был одним из ключевых его обещаний в ходе предвыборной компании. По мнению Сопко, надо было и дальше давить талибов, чтобы добиться решительного успеха. Но администрация Обамы предпочла придерживаться обещаний – с 2011 года американские военные начали покидать Афганистан. Жизнь для «Талибана» налаживалась – уже в 2012 году боевики могли препятствовать деятельности губернаторов большинства провинций. Понятно, что местные жители, видя недееспособность официальных властей, прагматично соглашались с присутствием органов власти талибов.

Советы, комитеты и школы

У талибов существуют институты власти, очень похожие по своей системе на органы власти Демократической республики Афганистан, против которой предшественники нынешних талибов и многие их ветераны в свое время сражались. То есть они повторяют систему власти СССР – у них есть и свои советы разного уровня (шура), и комитеты. До 2006 года верховная шура «Талибана» (законосовещательный орган) мало в чем могла повлиять на гражданскую жизнь в Афганистане. Шура, главным образом, регулировала военное сопротивление иностранным воинским контингентам. Но с 2006 года талибы стали создавать настоящие крепкие органы власти, и начали с судов. К 2010 году от имени «Эмирата Афганистан» уже работали 500 судей. Вслед за судебной системой появились финансовые комитеты, комитеты, отвечающие за медиа, образование, медицину и так далее.


Сельская школа в Афганистане. Фото с сайта Army.mil

Сделать обзор развернутого доклада, разбирающего все основные элементы власти талибов, в формате статьи, к сожалению, невозможно. Поэтому возьмем конкретный элемент «Эмирата Афганистан», который имеет одно из первостепенных значений, – образование для женщин.

«Талибан» провозгласил, что на его территории нет запрета на женское образование. Интересно, что при этом движение заимствовало лозунг ЮНЕСКО: образование для всех. В действительности же девочки прекращают учиться в школах с наступлением половой зрелости (между 4 и 6 классами). В этот период, в соответствии с талибской версией ислама, для девочек начинаются ограничения на присутствие в общественных местах и участии в жизни за пределами родного дома. До наступления пубертатного возраста девочек могут обучать, в том числе, учителя-мужчины. Для девочек-подростков, желающих посещать школы, талибы ставят четыре ключевых условия (в докладе отмечается, что данная информация была собрана по крупицам в 20 уездах). Школы для девочек должны располагаться в отдельном здании, школы должны быть обнесены по периметру глухой стеной, учителями могут быть исключительно женщины, ученицы должны доставляться в школы на отдельном транспорте. Ученицы не носят школьную форму, но должны ходить в бурке или чадре, им запрещено иметь при себе мобильные телефоны, учиться в религиозных учебных заведениях им запрещено, обучаться они могут только в официальных государственных (!) школах.

«Талибан» утверждает, что «с их стороны нет никаких препятствий для того, чтобы девочки шли в среднюю школу» при соблюдении перечисленных выше требований. На практике школы этим требованиям часто не отвечают. При ухудшении ситуации с безопасностью (например, в районе начинается наступление правительственных сил) многие родители забирают своих детей из школ или с большой неохотой отправляют их в школу. Страх – ключевой фактор, даже там, где «Талибан» поддерживает желание девочек ходить в среднюю школу. Немногие родители рискнут жизнью своих дочерей и своей собственной, чтобы поддержать образовательную политику талибов. По мнению Джексона, тот факт, что две трети девочек в стране не учатся в школах, – это общий провал и талибов, и правительства, и неправительственных организаций, и международных гуманитарных, и стран-доноров, и ООН. Хотя автор доклада и оговаривается, что именно религиозные нормы, навязываемые талибами, больше всего влияют на ограничение образования для девочек в Афганистане.

Что такое «Эмират Афганистан»?

Из исследований Джексона следует, что на подконтрольных территориях талибы создали типичное для начала XXI века непризнанное государство. Как и у других подобных образований, границы его с соседями весьма прозрачны. Например, Таджикистан никак не может коренным образом повлиять на прекращение контрабанды с территории, которая контролируется талибами. По-хорошему, тут нужен полномочный таджикистанский посол в «Эмирате Афганистан», чтобы через него решать вопросы совместной охраны границ. Но есть только посол в Кабуле. А центральная власть в Кабуле в настоящее время даже не способна стабилизировать ситуацию с безопасностью в столице.


Талибы. Фото с сайта Cfr.org

Талибы, как и любые другие непризнанные государства, имеют свои источники финансирования. Плюс получают негласную финансовую и иную поддержку от вполне признанных государств (тут у каждого свои интересы). Афганские власти и США регулярно заявляют о том, что проблему «Талибана» можно решить лишь при поддержке Пакистана. Пакистанские спецслужбы оказывают содействие талибам, у многих высокопоставленных талибов есть дома в Пакистане, там же проживают их семьи. Пока Пакистан заинтересован в существовании «Эмирата Афганистан», никакой коренной победы над талибами не будет. Но кроме пакистанцев, свои дела с талибами ведут Иран и Россия.

Как показывает практика последних лет, проблема непризнанного государства решается либо через его признание (так было с Южным Суданом и Косово), либо крупномасштабной международной военной операцией (подобное произошло с так называемым «Исламским государством», расползшимся по территории Ирака и Сирии). Есть и третий вариант – колумбийский. В Колумбии полувековая война между правительством и повстанцами-леворадикалами FARC, которые тоже создали на подконтрольной территории квазигосударство, закончилась мирным соглашением и интеграцией повстанческих структур в государственные. Но там не было иностранных войск, как в Афганистане. А для талибов главным условием начала мирных переговоров с правительством страны является вывод всех иностранных войск. Однако НАТО пока лишь увеличивает свой контингент и не готово к полному уходу из самой проблемной страны Центральной Азии.

Александр Рыбин

Источник: ИА «Фергана»

Etiketler :
Оставьте комментарий

Последние новости
Похожие статьи